puma2707
"Кто к нам с чем зачем, тот от того и того." (с)пёрто
Вечер. На город опускались сумерки. Между каменными многоэтажными строениями спрятался небольшой садик с детской площадкой. Он был совершенно пуст, что выглядело угнетающе.
Родители с детьми уже разошлись по домам. Но что было по истине странно – не было молодёжи, собиравшейся вечерами в шумные компании. В воздухе ощущалось предчувствие чего-то неотвратимого.
Похолодало. Лёгкий туман начал заполнять садик. Среди почти полной тишины раздавался скрип старых железных качелей. В этом царстве безлюдья рождался жуткий образ из фильмов ужасов. Именно в такой атмосфере создаются легенды о привидениях. О призраках детей, умерших не своей смертью и с тех пор обитающих на площадках. Легенды, что рассказываются в компаниях, при тусклом свете свечей, костра или огня в камине.
Но сейчас речь пойдёт не об этом. Тот сад был плотно окружён домами. Во многих окнах горел свет, ведь ещё не так уж поздно. В некоторых свет мерцал, менял цвет или угасал, что говорило о том, что там смотрят телевизор. И лишь одно окно, смотрящее прямо на детскую площадку, привлекало внимание. Нет, дело было не в яркости льющегося из него света, наоборот, он был довольно тусклым. Но, если бы кто-нибудь в этот час был на улице, то почувствовал бы странную притягательность этого окна. Этот нежный, тёплый свет, казалось, был воплощением всего, что когда либо было дорого смотрящему.
Через окно можно заглянуть в комнату. Она довольно скромна, но со вкусом обставлена. Вся немногочисленная мебель в комнате из тёмного дерева. Пол застелен тёмно-бардовым ковром, даже не прикасаясь, видно насколько он пушист и мягок. Освещена комната лишь бра и ласковым светом огня в камине. Из-за этого трудно понять, какого цвета стены. Но по искрам, бликам, танцующим на стенах, угадывается вкрапление золота в узор обоев. У окна в комнате расположен массивный рабочий стол. Стена справа заставлена стеллажами с книгами. В стене слева расположен камин. Старинные напольные часы скрывает от глаз тень, отбрасываемая огнём камина. Их наличие выдаёт только размеренное тиканье. Это рабочий кабинет.
В комнате находятся двое. За столом сидит пожилой человек. Седина его волос выдаёт его возраст, а светлые голубые глаза «говорят» о мудрости и не малом жизненном опыте. Скрипит перо. Мужчина что-то записывает. Кому-то может показаться странным, что используется столь старинная и не слишком удобная принадлежность для письма. Но присмотревшись, видно, что старику писать им вполне привычно и комфортно. Уют, тепло и спокойствие разлиты в воздухе этой комнаты.
Неожиданно мелодичный пересвист нарушает хрупкое равновесие между скрипом пера и тиканьем часов. Мужчина останавливается и поднимает взгляд от листа, на котором писал. Он смотрит в глаза своего друга, находящегося в этой комнате. Карие глаза друга наполнены вековой мудростью, впервые встретившись, они пугают. Взгляды сталкиваются и замирают на некоторое время. Уголки губ мужчины, сидящего за столом, приподнимаются в лёгком намёке не улыбку. Стороннему наблюдателю показалось бы, что между этими двумя есть мысленная связь, потому что тишину так никто и не нарушил. Зрительный контакт разрывается, и друзья возвращаются к своим прерванным занятиям.
Прежнее спокойствие вновь правит этим кабинетом. Снова слышно лишь скрип пера и тиканье часов у стены.
Через некоторое время перо замолкает. Человек, сидящий за столом, поднимает голову и его взгляд устремляется в даль. Выражение лица спокойное, расслабленное. Оно как будто молодеет на глазах, но седина и взгляд рушат эту иллюзию.
Его друг наблюдает, не нарушая тишины. Он видит, что хоть выражение лица не меняется, но глаза выдают старика. Он понимает. Ему не нужны слова.
Тем временем в чуть отстранённом взгляде мужчины за столом сменяется множество эмоций. Он вспоминает. Вспоминает первую встречу, знакомство, дружбу, общие приключения. Он чувствует печаль, сожаление о скором расставании. Горечь от неизбежности судьбы и рока. Старик знает, что конец пути уже близко. Он также знает, что его судьба и судьба друга тесно связаны. Их жизни прервутся одновременно. И жалеет старик лишь о том, что их дружба будет потеряна навсегда.
Им предстоят разные дороги. Старику не известно, что ждёт его Там, но назад дороги уже не будет. Друг же его вернётся в начало.
Мужчина отогнал от себя тяжёлые мысли и взглянул в столь знакомые карие глаза. Мудрые, понимающие и столь же печальные, как и его собственные. Им не нужно слов для общения. Они слишком хорошо знают друг друга.
Тишина. Лишь тиканье часов раздаётся в комнате. Они как будто из чаши отмеряют время, отпущенное этим двоим.
Мужчина, сидящий за столом, снова обмакнул кончик пера в чернила и поставил дату внизу листа. Его друг бросил короткий взгляд на написанное. Ему явно уже было известно содержание.
В момент, когда на бумаге была поставлена последняя точка, часы у стены начали отбивать положенное количество ударов. Четвёртый гулкий бой антиквариата потонул в очень печальной песне. Песне, похожей, своей атмосферой, на последнюю песнь умирающего лебедя. Но эта песня была куда прекрасней лебединой. Она наполняла сердце печалью и заставляла слёзы бежать по щекам. Песня разливалась ощутимыми волнами по комнате и через открытое окно неслась на улицу. Если бы кто-нибудь услышал эту песню, то никогда уже не забыл её. Но улица была всё также пустынна.
В комнате разгорался свет. Он становился всё ярче и ярче с каждой секундой. Острые тени испуганно заплясали по стенам. Вспышка, подобная разряду молнии оборвала последнюю ноту печальной мелодии. А ослабевшая рука голубоглазого мужчины выронила перо, поставив кляксу.
Безмолвие воцарилось в кабинете. Казалось, даже маятник часов замер в тот момент.
Прошла секунда, а может час или целый век. С улицы робко послышался скрип железных качелей. Лёгкий ветерок пронёсся по комнате, освежающий как глоток воды в пустыне. Он, как ребёнок, играя, зацепил щепотку пепла в клетке у окна и вынес на улицу.
Прошло совсем не много времени, и горстка пепла пошевелилась. И из неё поднял голову новорождённый птенец. Он был неказист и неуклюж, но его карие глаза были полны мудрости и неизбывного одиночества.
Он опять в начале и снова один…


На утро клетка была пуста. Много позже, при разборе бумаг на столе был найден тот самый лист, исписанный пером. Вот что было там написано:

Раздался мелодичный пересвист
И струны у меня в душе запели,
Ласкает ветерок бумаги лист,
Скрипят в саду старинные качели.

Сижу я за столом, скрипит перо,
Мой верный друг мне вдохновенье дарит,
Мы вместе с ним уже давным-давно,
Но время, будто вовсе нас не старит.

Я знаю, что он думает сейчас,
Я чувствую, что мысли наши схожи,
У нас он на двоих – тот самый час,
Но судьбы наши вовсе не похожи.

В тот самый час душа моя легко,
Отринув всё земное, все невзгоды,
Отправится отсюда далеко,
От серых будней и плохой погоды.

Ему же предстоит тяжёлый путь,
Он трудностей пройдёт ещё не мало,
Откроется та истинная суть,
Что снова возвратит его в начало.

Я помню нашу встречу у пруда,
Я молод был и глуп, и неразумен,
Мог чуда не заметить я тогда,
Дурак, а может просто был безумен.

Ты дивом вдруг возник передо мной,
Волшебный мир, открыв своим явленьем,
Ты был мне путеводною звездой,
Надеждой осветил тот миг затменья.

Прошло с тех пор не мало долгих лет,
Мы пережили беды и волненья,
И был непревзойдённый, наш дуэт,
Он в памяти не будет знать забвенья.

Вот бой часов раздался за спиной,
Он потонул в прощальной песне смерти,
А вспышка подарила мне покой,
И выпало перо на лист в конверте.

Вот в комнате разлилась тишина,
Безмолвие, конец всегда печален,
И горстка пепла в клетке у окна,
Там жизнь родится – друг опять в начале…

23.06.2009.

Лист был прочтён, но никого не заинтересовал и со временем затерялся.

@музыка: тишина...

@настроение: лирическое

@темы: Рассказ